• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Семинар «Экономический анализ причин сверхзанятости в современной России»

24 мая состоялся семинар научно-учебной Лаборатории исследований рынка труда (ЛИРТ), на котором с докладом «Экономический анализ причин сверхзанятости в современной России» выступила Елена Кобзарь (ЛИРТ ВШЭ).

На прошедшем 24 мая семинаре Лаборатории исследований рынка труда Елена Кобзарь (ЛИРТ ВШЭ) представила доклад «Экономический анализ причин сверхзанятости в современной России». 

Сверхзанятость - длительность рабочего времени дольше установленного законодательством нормального количества часов. Приведенные ею статистические данные свидетельствуют о том, что на российском рынке труда устойчиво присутствуют сверхзанятые работники. Также она отметила, что для развитых стран сверхзанятость - постоянное явление. Возникает вопрос о причинах существования сверхзанятости как необходимого и постоянного элемента рынка труда. Елена Кобзарь поставила следующие исследовательские вопросы: установить, является ли группа сверхзанятых однородной; выявить, кто склонен к сверхзанятости; дает ли сверхзанятость отдачу (причем в данном исследования подразумевается отдача в виде защиты от увольнения или карьерного роста, не в денежной компенсации); методологические проблемы расчета рабочего времени. Далее были представлены теоретические модели, посвященные сверхзанятости, которые разделяют сверхзанятость как характеристику трудового процесса и сверхзанятость как характеристику рабочего места (в частности, эксплуатация работодателем).

Представление практической части работы было начато с методологических проблем определения рабочего времени. Растет число работников с нестандартным режимом занятости, что затрудняет оценку рабочего времени через традиционные часы в неделю (например, индивиды, работающие суточно). Кроме того, не всегда можно четко разделить время работы и остальное, например, за счет перенесения части работы домой. Данные проблемы решить до конца, увы, представляется невозможным. Эмпирическая часть исследования выполнялась на данных РМЭЗ за 1994-2009 гг. на выборке из занятых по найму индивидов трудоспособного возраста. Один из ключевых моментов исследование - установление границы сверхзанятости по фактически отработанным часам за месяц. Рассчитывалась граница исходя из законодательной нормы, помноженной на количество рабочих дней в месяц, плюс 20-40 часов на колебания. Автор остановился на границе в 200 часов на основании сравнения со статистикой Росстата; этот вопрос вызвал довольно горячее обсуждение в аудитории.

Были приведены данные, показывающие распространенность сверхзанятости среди разных подгрупп. Анализ проводился по нескольким моделям: оценка продолжительности рабочего времени по характеристикам работника и рабочего места; вероятность выбора работником сверхзанятости; отдача от сверхзанятости в виде повышающейся профессиональной мобильности; отдача от сверхзанятости в виде уменьшения вероятности потерять работу; вклад работы дома в сверхзанятость.

Елена Кобзарь приводила результаты только по первой, второй и пятой моделям, потому что остальные две не дали значимых результатов. По первой модели она прокомментировала, что довольно странные получились результаты с фактором "профессиональная группа", противоречащие дескриптивной статистике. Была отмечена высокая значимость руководящего положения и наличия долгов предприятия по заработной плате как косвенного показателя низкого уровня исполнения законодательства на предприятии. Во второй модели была отмечена отдельно значимость официального оформления. По результатам оценки пятой модели, учет работы дома повышает уровень сверхзанятости с 16% до 17%.

В заключение было сказано, что сверхзанятость показала себя как отрицательная характеристика некоторых рабочих мест. Влияние индивидуальных характеристик на сверхзанятость дало ожидаемые результаты (больше работают мужчины, обладающие хорошим здоровьем, в молодом возрасте), при этом гипотезы об отдаче от сверхзанятости не подтвердились.

Первым делом автора попросили рассказать про не представленные в презентации модели. Елена Кобзарь кратко описала, что мобильность бралась дискретно по прошлому году опроса и отметила, что, возможно, она тестировала модель со слишком маленьким временным лагом и сверхзанятость за один год еще не успевает сказаться. Некоторое время было посвящено обсуждению постиндустриального типа занятости.

Анна Лукьянова (ЦеТИ ВШЭ) спросила, какая из представленных в исследовании различных моделей кажется автору наиболее верной и посоветовала уделить внимание обсуждению и сравнению их между собой, как и внимательнее отнестись к некоторым эконометрическим моментам. Инна Мальцева (ЛИРТ) предложила включить в работы вопросы, связанные со вторичной занятостью, Алексей Ощепков (ЦеТИ) - вести тему ближе к терминам предложения и спроса на труд.

В заключение Сергей Рощин (ЛИРТ) подытожил, что анализ проводился на данных за долгий период, что может несколько портить и смешивать полученные результаты, и что стоит более четко определить задачу и сфокусировать исследование на более узких конкретных вопросах.

Презентация к докладу

Ксения Осокина, сотрудник ЛИРТ